какую горную сразу считают колыбелью в буддизма?

Somm-овий омут - Страна покосившегося времени, ч.8

Страна покосившегося времени, ч.8

Опять по лаве, будь она неладна Колыбель монгольского буддизма. О хадагах, традициях и Занабазаре. Первый этап очищения. Сюрпризы на вершине. Хурц общается с ламой и считает горы. По краю пропасти с камерой. Тяжкие муки неродившегося грешника. Возвращение через горную тайгу. Второй этап очищения. Чудеса ориентации Тумурлуу. День седьмой. Вторая половина. Орхон - Товхон-Хийд - Хархорин. Рекомендуемая музыка: Сегодня нужно было кровь из носу попасть в Товхон-Хийд, поэтому все страшно торопились. Наскоро покушав, взяв с собой сухими пайком чебуреки и поблагодарив персонал базы (они старались, как умели, и неважно, что не умели они ни хрена), мы отбыли в сторону монастыря. Той же дорогой, по которой и приехали сюда. Вулканы это зло Зло красивое, неизбежное и таинственное, но зло. Ну неужели трудно извергать не эти крепчайшие камни, а, скажем, песочек, землю или, лучше всего, сразу асфальт? Так нет же, где там Преодолев еще километров 15 убийственной для машины (кроме УАЗа, конечно) дороги, мы все же вскарабкались на перевал, окинули прощальным взглядом заваленную лавой долину Орхона и известными одному Тумуру тропами направились в монастырь Товхон-Хийд (или Товхоний-Хийд, что одно и то же). Товхон-Хийд священное для монголов место, колыбель монгольского буддизма. Его основал святой Занабазар в XVII веке. Он не гламурный монастырь, не лакированный и не подмарафеченный, но от этого он только чище и прекраснее. Там мало бывает иностранных туристов. Часов около трех наша машина причалила к стоянке. Монастыря видно не было. А дальше пешком обрадовал Хурц. Или на лошадках. На машинах ламы запрещают ездить нельзя осквернять святое место. Но последних лошадок увели из-под носа какие-то более расторопные туристы. Они приехали всего-то на пять минут раньше нас. Нет лошадей нет проблемы. Оно и правильно. Во-первых, как приаттачить к лошади штатив, никто из нас не знал пробовали еще в Тэрэлже. Во-вторых, ехать на постоянно спотыкающейся лошади в гору это не меньше мышечных усилий, чем пешком, а нервов гораздо больше. А самое главное пройти путь до монастыря на своих двоих значило очиститься от грехов и достичь просветления и благодати. Делать нечего погрузили на себя аппаратуру и пошли пешком, Товхон-Хийд стоял одним из самых непременных условий нашего пребывания в Монголии. Идти пришлось долго. Хурц сразу без обиняков объяснил, что до монастыря далеко, километра три-четыре. Дорога от стоянки коварно шла с едва заметным подъемом, и создавалось впечатление, что монастырь спрятан где-то в укромной межгорной долине. Я себе представлял его именно там. Ничего подобного монастырь находился на САМОЙ вершине САМОЙ высокой горы в окрестности. Если б мы это знали заранее, вряд ли мы бы пошли туда. Но теперь уже не жалеем, а поначалу было нелегко Уже на стоянке под горой мы поняли, что приближаемся к месту исключительной святости. Все деревья у ворот были увешаны хадагами. Хадаг это длинная шелковая лента ясного, яркого и очень чистого синего цвета без каких-либо посторонних оттенков цвета монгольского Вечного Синего Неба. По старинной традиции, когда человек хотел отдать кому-то дань уважения, он вручал хадаг как символ чистоты намерений. К хадагу могло прилагаться что-то еще, но и сам он был вполне самостоятельным и самодостаточным подарком. Хадаг вручался и вручается как другому человеку, так и духу какой-либо местности. Этот пережиток анимических верований прочно врос в самобытный монгольский буддизм. Шелковая лента может быть традиционного синего цвета (самого распространенного), но также зеленого (цвет травы), желтого (цвет солнца) или белого (цвет молока и седин). Желтый хадаг вручают ученым людям и ламам, белый очень старым и потому самым уважаемым людям. Хадагами перевязаны субурганы, исторические памятники, подступы к храмам и, естественно, практически все овоо. И раз уж на расстоянии четырех километров люди начинали подносить дары, то это недвусмысленно давало понять, что впереди нешуточная святыня. Начался подъем. Первые полкилометра мы прошли бодренько и с шутками, но чем дальше, тем круче загибалась вверх дорога. Да уж, под конец мы действительно очистимся , подумалось мне. От грехов не знаю, но от шлаков точно Взятая с собой вода закончилась на исходе первого километра, вышла из нас на половине дороги, а дальше уж бесконечным потоком через все поры перли из нас грехи и шлаки. Вокруг было очень красиво шумел горный лес, над которым гулял ветер, парили над лесом орлы, трепетали синие ленточки на деревьях вдоль дороги Подозреваю, что наши помаранчевые , а за ними и прочие идеологи позаимствовали идею обвязывания деревьев и прочих предметов ленточками именно у монголов. Обидно, что вкладывают они в этот обряд совершенно другой, гадкий и извращенный смысл Вдруг в просветах между деревьями начало мелькать что-то вроде черепичной крыши с синими и белыми полосками. Неужели дошли? поразился я. А говорили 4 км! Но нет, это был не монастырь, а так называемое место для медитации - поляна между лиственницами. По всему периметру развевалось огромное количество хадагов. Их мы и приняли за синюю черепицу, а просветы неба между ними за белые полоски. Это была только половина пути Через час дорога вдруг стала относительно ровной и навстречу нам попалась группа туристов. Скорее даже не туристов, а паломников это были монголы совершенно спокойного, а не дебильно-туристического вида. Тяжело дыша (подъем и высота уже давали себя знать), мы спросили, сколько нам еще идти. Недалеко, ответили они. С километр примерно. Под конец небольшой подъем, где дорога станет совсем крутой, и потом сразу монастырь. М-да Ну, очищаться так очищаться Под конец дорога действительно стала совсем крутой, но я бы не сказал, что тот подъем небольшой. Спуск там и правда небольшой минуты на полторы, если бегом. Если кубарем так еще быстрее. А подниматься, учитывая то, сколько мы уже протопали, пришлось долго, с остановками и переводами уже совсем пропадавшего дыхания. Последние метров двести, когда был уже виден конец пути, я проделал сцепив зубы и добрался до верхнего камня в состоянии А це під огірочки . Но штатив не кепка, далеко бы я его не бросил тяжелый и в качестве метательного снаряда непригодный. Сел на камень, долго переводил дух и курил (если бы покурил по дороге, точно бы копыта откинул). А потом выглянул на открывшееся пространство. Там стояло пару машин грешников, несколько лошадей и бревенчатая изба, не слишком похожая на монастырь. Пригляделся к избе батюшки! Хунсний!!! А внутри килька в томате и контики!!! Неужели нужно было проделать весь этот путь, чтобы на вершине горы, в святом для монгола месте купить контик??? Да, брат думал я, растерянно вертя в руках купленный контик. Не ожидал встретить тебя тут До чего разными дорогами мы попали сюда И вообще обозлился я вдруг. Какого лешего тебе тут нужно? А обозлившись, контика я сожрал. Но монастырь оказался еще выше хунсния. Ненамного, метров на пятьдесят. Дорога к нему была выложена самим Занабазаром и по форме напоминала священный иероглиф главной буддистской молитвы на древнем санскрите. Монастырь был маленьким и неказистым, но ощущение прикосновения к святыне не покидало нас. Тому способствовал совершенно потрясающий вид от монастырских ворот на окрестные горы, полное отсутствие каких-либо попсовых вещей (кроме чертовых контиков), орлы и все прочее. Передать словами это нельзя, это надо прочувствовать на месте. Все было пропитано духом Занабазара пожалуй, самого уважаемого в Монголии человека, ну, может быть, после Чингисхана. Это действительно была выдающаяся личность. В юности Занабазар учился где-то в Тибете, в девятнадцать лет пришел в Монголию достаточно зрелым и сформировавшимся человеком, чтобы основать монастырь, привить монголам буддистские верования и стать первым богдо-гэгэном (а это ни много ни мало второй чин в ламаистской иерархии после далай-ламы). Занабазар был к тому же мастером на все руки до сих пор нет равных ему в обработке металла, а сделанные его руками изваяния и прочие вещи являются главными реликвиями в монгольских музеях. Все, к чему он прикладывал руку, сохраняют до сих пор в неприкосновенности. Вот деревья, к которым Занабазар привязывал лошадей вот храм, построенный Занабазаром вот дорога из камней, выложенная Занабазаром. И похоже, что это не понты для туристов, а правда. Бывают же необычайно одаренные люди одним из них и был Занабазар. Пока мы восхищались видами окрестностей и жадно пили воду, глядим дядюшка Хурц общается с каким-то человеком и ведет себя в высшей степени почтительно. С первого взгляда человек особого почтения не внушал голый по пояс, с бритой головой, в грязных спортивных штанах и кирзовых сапогах. Чернорабочий, да и только. Но, приблизившись, я увидел его глаза и услышал голос. Голос был очень ровный и очень интеллигентный, а глаза это были глаза мудрого человека. Оказалось, что это один из главных лам монастыря, и он рассказывает, где какие святыни находятся. Лишний раз убедился, что по одежке составлять впечатление о человеке ни в коем случае не следует. Когда лама подтвердил, что не имеет ничего против съемок и ушел, я спросил Хурца, почему лама ходит в таком неказистом виде. Службы закончились, и он переоделся в светское, объяснил Хурц. Я с трудом подавил в себе смех. Более неподходящего эпитета к одежде ламы придумать было невозможно. Пусть в домашнее , пусть даже в штатское , но уж никак не в светское . И тем не менее эпитет был правильным. Богатство лам духовного свойства, никак не материального Но и это была еще не вершина. Основные святыни находились еще выше, над монастырем, к ним пришлось подыматься по совершенно отвесным кручам, куда не решились бы лезть и бесстрашные горные козлы. Я уже не помню, как я туда попал со штативом и камерой, помню лишь, что поддерживала меня на этих камнях, наверное, только вера и святость места. Иначе полетел бы я вниз, рассекая разреженный горный воздух, и сложил бы свою буйную головушку под корнями священной елки, напоминающей новогоднюю из-за обилия развевавшихся на ней хадагов и прочих подношений. Сперва мы посетили овоо. Овоо находилось в таком месте, выше которого не было уже абсолютно ничего на самой вершине. Такой панорамы я до того не видел ни разу. Куда ни глянь, расстилались до самого горизонта горные хребты, причем все они были ниже меня. В огромных количествах носились орлы, на скалах виднелось множество загадочных тибетских надписей Овоо было громадным, и впечатление от него усиливалось тем, что все лежащие на нем камни были принесены снизу по тем самым козьим тропам, по которым поднялись и мы. Оглянулся на Хурца а он поднес обе руки к лицу и что-то неслышно бормочет. Ладно, думаю, не буду мешать. Ну молится человек в святом месте, пожалуйста Оказалось не молится, а горы считает. У монголов есть такое поверье если, не сходя с места, сможешь насчитать вершины ста гор будешь жить сто лет. Лучше ста восьми гор число счастливое. А руки он поднес к лицу так это он от солнца закрывался. Калькуляция гор удалась Хурцу с легкостью. Он при желании с той точки не то, что сто, а столько гор мог бы насчитать, что от перспективы жить такое количество лет содрогнулись бы и бессмертные струльдбруги Свифта. На вершине было холодно. Градусов десять, не больше. Плюс пронизывающий верховой ветер. А на мне из одежды только футболка да камера. К тому же футболка насквозь мокрая после подъема, вся в грехах и шлаках. Итог вырисовывался совершенно отчетливо: сегодня я получу воспаление легких, а, получив его, я, граждане, подохну с голода Я на всякий случай попросил у специального дерева, ответственного за здоровье, не заболеть. Не питал особых иллюзий на этот счет, но попросил. До сих пор не могу понять, как, но действительно не заболел. Видимо, это место и впрямь наполнено какой-то магической энергией Ташка на вершину вообще не полезла замерзла и расстроилась. Да и не положено ей было туда лезть, Хурц бы не пустил. Женщинам на это овоо хода нету. В любых вопросах Хурц нам помогал, но когда касалось религии, он был непреклонен. Нельзя значит нельзя. Очевидно, под маской Всемогущего Хурца скрывался глубоко верующий человек Не следует рассматривать такой запрет как дискриминацию. Некоторые места считаются злыми местами , а женщин надо оберегать, они ведь продолжательницы рода. Это место было скорее святым, чем злым, но дорога туда настолько опасна, что мне лично такой запрет был вполне понятен. Да и хорошо, что не видела, куда полез я, а то бы страшно нервничала. Кроме овоо, мне предстояло снять еще две монгольские святыни пещеру Чрево матери и Отпечаток ноги Занабазара . Пещера одно из самых священных мест в Монголии. Это каменная труба, заканчивающаяся небольшим расширением. Задача посетителя залезть в эту трубу головой вперед, в расширении развернуться и вылезти обратно, также головой вперед. Мужчинам против часовой стрелки положено разворачиваться, женщинам по часовой. К пещере женщинам ходить можно. Туда тоже козья тропа ведет, но она намного менее страшная, чем дорога на овоо. Считается, что праведный человек развернется без проблем, а грешник развернуться не сможет и его придется вытаскивать обратно ногами вперед. Позволю себе заметить, что это утверждение совершенно справедливо для людей, подверженных греху чревоугодия, ибо каменная матка невелика. А вот в отношении других грехов не знаю Больше от фигуры и растяжки зависит, чем от образа жизни. Возле пещеры сидели и весело болтали несколько человек. А изнутри доносилось страшное пыхтенье, оханье и яростное кряхтенье. Там ворочался отъявленный грешник и колыхалось его бледное пузо. Сидевшие у выхода из пещеры явно сидели там давно и начали отчаиваться. А грешник, похоже, просто-напросто застрял, как Винни-Пух. Того, кто не может развернуться, якобы вытаскивают из пещеры за ноги. А этот мужик развернулся, но не до конца, и пребывал в состоянии ягодичного прилежания , с той разницей, что вместо ягодиц торчало пузо. За что и куда его нужно было тянуть, непонятно. Кряхтение усиливалось. Похоже, грешнику было уже все равно, в каком направлении развернуться, каким местом появиться обратно на свет, лишь бы появиться! Но пузом вперед он вылезти не мог, и потому страшно кряхтел и охал. Появление меня с камерой было воспринято очередью на ура. Они оживились и начали наперебой отпускать какие-то ехидства, отчего ворочавшийся тип закряхтел особенно злобно и заскрипел зубами. Пользы это ему не принесло. В недрах пещеры попеременно мелькали то измятая белая рубашка, то растопыренные мясистые обрубки пальцев, то даже наполовину стянутый носок. Но любой маневр заканчивался одним и тем же стонами и пузом в амбразуре. Ничего, подумал я, пару дней такой гимнастики и пуза как не бывало. А водичку для поддержания жизнедеятельности тебе принесут тут хунсний поблизости. Для таких случаев, наверное, и построен. Только контики ему не носите, сказал я вслух. А то вовек не вылезет. В ответ на эту колкость из пещеры донесся новый звук. Это был резкий звук, звук беспредельного отчаяния и протеста против измываний иностранных туристов. Звук многократно отразился от стен пещеры, на выходе усилился и вызвал новый взрыв хохота среди ожидавших. Ну-ну скептически заметил я. Гляди, обвал не вызови. Хотя в твоем положении исступленный метеоризм весьма полезен, ибо вызывает заметное сокращение объема пуза и приближает время родов Ждать, пока грешник окончательно очистится от грехов и газов, я не мог. Во-первых, всего через каких-нибудь три недели у нас был самолет на Москву, а во-вторых, после всего того, что я ему наговорил, встреча с этим дядькой вполне могла привести к тому, что он нагрешил бы по новой. А потому я благоразумно удалился снимать след ноги Занабазара. Туда вела совсем уже легкая тропа. По ней можно было пробежаться даже с камерой наперевес, что я и исполнил. Возле камня стояло три таблички: по-английски, по-монгольски и по-тибетски. Точнее, две таблички, а тибетские письмена были нарисованы краской прямо на камне рядом с углублением, которое при шикарном воображении да после стакана водки действительно можно было бы принять за некое подобие отпечатка ноги. Размера эдак шестидесятого. Хурц тоже озадачился, но для поддержания имиджа сообщил, что святой был очень высокого роста. Метр восемьдесят где-то. Я едва удержался от комментария, что такому отпечатку соответствует рост метра три с половиной по размеру такая ступня вполне подошла бы обладателю каменного члена, валяющегося возле Хархорина. Но Хурц сам это понял, и мы сошлись на том, что отпечаток, конечно, природный, но не подлежит никакому сомнению, что святой Занабазар прикасался к этому камню в свое время, а значит, камень в любом случае священный. И тут сверху раздался истошный вопль. Вопль был радостный, массовый и плавно переходящий в овацию. Очевидно, там свершилось чудо из пещеры вылез пузом вперед заново рожденный и абсолютно чистый от всяких грехов гражданин Дело шло уже к вечеру, а ехать было далеко, поэтому здесь мы стали прощаться с Товхон-Хийдом. Не успев как следует очиститься от старых грехов, я тут же неосознанно совершил новый. На территории, прилегающей к монастырю, нельзя курить, пить водку, мусорить и сквернословить. Водку не пил; не мусорил; с трудом, но не курил, а вот Ну вырвалось Не подумал. Я искренне раскаялся. На спуске нам попалось несколько машин грешников, которые поленились подыматься пешком. Хурц укоризненно провожал их взглядом и говорил, что зря едут очиститься от грехов можно только пешим подъемом. Еще ниже не смогли разминуться два УАЗа (дорога там ужаснейшая), и под колеса уже подкладывались какие-то палки. Вот-вот, кивнул Хурц. Так вам и надо Дорога петляла по склону и, когда она начала уходить сильно уж влево, мы решили срезать путь и пошли напрямик. Долго ли, коротко ли, а только по уклону окружающей местности я начал понимать, что мы уже залезли в соседний распадок. Отодвинув Хурца, роль Сусанина я взял на себя. Распугивая белок, соек и хуйхуев, мы ломились через вековой горный лес, полный незнакомых грибов, ягод и обгорелых коряжек жертв мощных хангайских гроз, возле которых мы застряли минут на двадцать, потому что когда Ташка видит коряжки, она их долго и упорно фотографирует. Промахнуться мимо дороги было сложно, но некоторая тревога присутствовала, тем более уже начало смеркаться. Наконец, вот дорога, вот деревья с хадагами и вот Тумур! Он кругами ходил возле машины и уже переживал за нас, но наверх не поехал нельзя. Скажем прямо, хорошо, что не поехал. На дороге мы бы с ним не пересеклись Жрать хотелось самым страшным образом. Один съеденный два часа назад контик не помог, а только раздразнил аппетит. И мы вспомнили о том, что гостеприимные люди на базе насовали нам с собой чебуреков! А подать-ка их срочно сюда! Чебуреки были на редкость паршивыми. Мало того, что холодными и невкусными, так еще монголы вместо фарша кладут в них порезанную кусочками баранину, жира в которой частенько куда больше, чем свежести. Но голод не тетка, и в мгновение ока чебуреки были съедены. Тумур свои употребил уже давно и постился. Напившись чаю, мы удрученно обнаружили, что времени ни много ни мало десять вечера, а ехать нам до базы на озере Огий-Нуур 200 километров. Это к утру, не раньше , поняли мы и решили заночевать на какой-нибудь базе в Хархорине. Туда была всего сотня. До сих пор не пойму, как Тумур ориентируется на монгольских дорогах. Вы уже знаете, сколько их там, они все одинаковые и постоянно расползаются во всех возможных направлениях. Ладно еще днем, при хорошей видимости и солнышке. Но ночью?! Ночью-то вместо ориентиров в свете фар вылазят то обалдевшие ячьи глаза, то какие-то пеньки или камни и всё! Ну ладно там, одну-две дороги знает, как я под Киевом. Но он знает так всю страну! Ошибся он за весь месяц езды от силы раза два, и то понимал ошибку буквально в течение километра. Я бы на его месте точно заехал в Даланзадгад вместо Булгана По дороге у нас было пару приключений. Сначала нам навстречу попалась легковушка, водитель которой не смог выехать на борт дороги. Точнее, выехал, но свалился с него и расцарапал Тумуру зеркалом бочину. Зеркало при этом оторвал. Десятиминутные дебаты (мы в них не участвовали) закончились тем, что злые Тумур и Хурц влезли в машину и рванули с места. На наши вопросы отвечали сухо: Вдрызг пьян . Уж чего мы меньше всего ожидали от ночной степи, так это участия в ДТП. А вот поди ж ты Хоть фанерного гаишника ставь возле каждого овоо Потом у нас спустило колесо и пришлось его менять. Вот он, грех твой, выходит, - укоризненно заявил Хурц. Матюгался у храма? Видишь, что получается! Да не хотел я То случайно вырвалось Ладно Считай, твой грех уже вышел Это меня обрадовало. Ведь приятно чувствовать себя полностью очищенным. Реальность оказалась хуже полное очищение было еще впереди Дальше я уже не очень отчетливо помню. Чудовищно хотелось спать, и голова моя мотылялась по всему салону в такт ухабам и рытвинам дороги. Около часу ночи мы приехали в Хархорин, на базу Анар . Очень долго Хурц с Тумуром наперебой кричали Хун байнуу??!! и куда-то ходили. Но все-таки выкричали какого-то человека, который нас поселил. Так закончился этот тяжелый и переполненный событиями день. С последним проблеском я отметил тот факт, что по юрте вразвалочку ходит пятнистая жаба. А потом моя голова завалилась набок, рухнула на подушку и больше я уже ничего не помню Метки: , ,

( 7 комментариев — ) аватар сменил? я тебя и не признал сначала. а рассказ как всегда крут. интересное место. ( ) ( ) Ага, место какое-то совершенно особенное. Это ни словами, ни фотографиями не передать. А аватар я в монгольские рассказы стараюсь ставить монгольский, снятый там. Только часто забываю :) Тот, который по умолчанию - это где-то на черноморском побережье Турции. ( ) ( ) ( ) Чрево матери (Анонимно) Капитан Док. Прочитав на данный момент все части(27) решил попутешествовать по Монголии хотя-бы виртуально с помощью ГПЗ(Гугл планета..),открыл один из снимков и сразу вспомнил про эту часть. Считаю полной справедливостью, что если существует чрево матери, то и отцовское достоинство имеет право на существование. Вот бы куда старика Фрейда ))) [URL=http://www.radikal.ru][IMG]http://s 017.radikal.ru/i438/1111/b2/a0eb98454efa.j pg[/IMG][/URL] ( ) ( ) Re: Чрево матери Ух ты! Харрроший! А где это, в каком районе? ( ) ( ) ( ) Чрево .. (Анонимно) Кап.Док Подпись к фотке IKH GAZRIN CYULUU Координаты ГПЗ 45гр.4317.57 C (никак не найду на клавиатуре кнопочку с градусами )) 107uh1613.83 B Практически на юг от Улан-Батора, Дундговь ( ) ( ) Re: Чрево .. Ага, Их Газрын Чулуу! Знаю, где это, хотя и не бывал. Спасибо! ( ) ( ) ( ) Re: Чрево .. (Анонимно) КапДок. Да незачто. Боюсь только даже представить, каким образом ему поклоняются монгльские Дамы?! ))) ( ) ( ) ( ) ( 7 комментариев — )

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс

, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

jQuery(#lj_controlstrip_new .b-loginpopup).bubble({

target: #lj_controlstrip_new .i-auth-control img,

source